SHARE

Чили… Вальпараисо… Побережье Тихого океана… Красота! Но великолепные виды и шум прибоя, в январе столь диковинные для гостя из Северного полушария, сегодня отходят на второй план. Их затмевает этот интереснейший и веселый француз, великолепный и отважный гонщик, девятикратный чемпион Дакара – Стефан Петрансель. Человек, который словно был рожден для преодоления разнообразных препятствий, который способен ехать по бездорожью так быстро, как не каждый сможет и по обычной дороге. Тот, кто на вопрос, почему он не принимает участия в гонках на твердых покрытиях, отвечает просто: «Я не люблю асфальт!»

Стефан, добрый день! Хотя, наверное, для вас он не такой уж и добрый, раз мы беседуем здесь в то время, когда идет гонка? Я, конечно же, с одной стороны, чрезвычайно рад возможности поговорить с вами, а с другой – расстроен, что не смогу больше увидеть Mitsubishi под номером 300 на трассе. Расскажите, что же произошло?

Здравствуйте. К сожалению, вы правы, для меня этот Дакар закончен. Конечно, я чертовски расстроен. Из тех двадцати раз, что я стартовал в этом ралли-марафоне, впервые я не смогу финишировать. Проблемы начались на пятом этапе (Неукен – Сан-Рафаэль). Один из барханов всего за 15 км до финиша резко обрывался на другой стороне, а мы штурмовали его на очень большой скорости – около 100 км/ч. К тому же помешала верблюжья колючка наверху. В результате прыжка с края дюны автомобиль сделал переднее сальто и со всего маху приземлился на заднюю часть, а потом несколько раз перевернулся. Пожалуй, это была самая сильная авария за всю мою карьеру. Были серьезные опасения за здоровье моего постоянного штурмана Жан-Поля Коттре, но, к счастью, все оказалось в порядке.Но вам все же удалось стартовать на следующем этапе. Каким образом?

Наш искореженный автомобиль кое-как добрался до финиша этапа без радиатора, вентиляторов и, как следствие, с перегретым двигателем. Механики трудились всю ночь, но на старт шестого мы все же вышли. И даже смогли закончить его пятыми в общем зачете. Но на следующем, седьмом этапе (Мендоза – Вальпараисо), видимо, авария дала о себе знать. Мотор загорелся. Его удалось потушить, и мы даже некоторое время еще смогли ехать, но недолго. Вскоре двигатель вышел из строя окончательно. И вот теперь я беседую с вами, вместо того чтобы бороться за победу, которая стала бы для меня юбилейной!Да, очень жаль. Таким образом, у Mitsubishi остался в гонке только один автомобиль, за рулем которого едет Хуан Нани Рома. Незадолго перед этим сошел Люк Альфан, так как его штурман Жиль Пикар почувствовал себя плохо, а еще раньше выбыл из борьбы и Хироси Мацуока. Кстати, у него тоже возникли проблемы с мотором. Что не так в этом году с Mitsubishi – непревзойденным лидером по количеству побед на Дакаре? (Всего на счету японской команды 12 выигранных гонок, из которых девять – в период с 1997 по 2007 год.)

Возможно, главная причина наших неудач в этом году – абсолютно новый автомобиль Mitsubishi Racing Lancer. Он пришел на смену тем Pajero, которые участвовали в соревнованиях до этого момента. Основное отличие в том, что Mitsubishi впервые за двадцать пять лет использует турбодизель, а не бензиновый мотор, в то время как основные конкуренты – Volkswagen и BMW – пересели на «солярку» гораздо раньше. Racing Lancer – великолепный автомобиль, но опыта в боевых условиях у него пока еще немного, требуются постоянные доработки и усовершенствования. В том числе и нового турбодизеля. И то, что случилось со мной и Мацуокой, наглядно это демонстрирует. Дакар есть Дакар, здесь непросто победить на построенной практически с нуля машине, да еще и с новым мотором. Возьмите, к примеру, Volkswagen. Эта команда впервые представила свой дизельный Race Touareg шесть лет назад. Первые два года результаты были неважные. А сейчас автомобили Volkswagen лидируют в гонке! Уверен, что и Mitsubishi со временем достигнет нужных результатов.В чем причина почти поголовного перехода на дизель в последнее время? Почему бензиновые моторы на гоночных внедорожниках используются все реже?

Современный турбодизель при схожих объеме и мощности позволяет развивать гораздо больший крутящий момент, столь важный на соревнованиях такого рода, как Дакар (трехлитровый турбодизель Racing Lancer выдает 260 л.с. и около 650 Нм крутящего момента. – Прим. ред.). К тому же дизельные моторы расходуют меньше топлива, что позволяет снизить общую массу автомобиля. Да и регламент FIA в наше время благоволит именно к дизелям.

В этом году Дакар впервые проводится в Южной Америке. Не скучаете по Африке? Какой Дакар для вас был интереснее и сложнее – африканский или американский?

С Африкой, конечно же, связано много воспоминаний. Девять побед опять же. Но нет, не скучаю. Все мы сейчас должны понимать, что Дакар превратился в солидный бренд. И если международная обстановка в Африке не позволяет провести ралли на своей исторической родине, то почему бы ему не состоятся в другом месте с подходящими условиями. А то, что в Южной Америке такие условия есть, мы теперь уже знаем не понаслышке. Этапы в Аргентине были очень быстрыми и похожими на растянутые спецучастки классического ралли: длинный прямик – поворот, длинный прямик – поворот. Немного скучновато. И очень пыльно. Пыль вообще стала одной из главных проблем этого Дакара. Также были разного рода «ловушки» – камни, обрывы и даже болота вроде того, в котором завяз мой товарищ по команде Люк Альфан. По мере приближения к границе с Чили трасса стала гораздо интереснее. Нам нужно было преодолеть Анды, появились пески, временами посложнее, чем в Африке. Американские дюны весьма коварные: обрывистые, крутые, с почти отвесными склонами. Причем если в Африке мы могли разгоняться от одного бархана до другого, то здесь сделать это было непросто. Между ними частенько оказываются деревья, которые необходимо было объезжать. Набрать скорость для штурма следующего хребта в таких условиях непросто. Большинство гонщиков попросту не сталкивалось с такими условиями в Африке. И потом, все неизведанное всегда сложнее уже пройденного.Для многих это неизведанное оказалось непреодолимым, а для кого-то и фатальным. Как вы прокомментируете смерть французского мотогонщика Паскаля Терри на одном из этапов?

Я, к сожалению, не знаю подробностей этого инцидента. Но каждый человек, который участвует в Дакаре, должен осознавать, на что он идет, и понимать, что это очень опасное соревнование. Возможно, одно из самых опасных в мире. Особенно для мотоциклиста, который остается один на один с беспощадной природой. Это очень непросто как физически (ехать «стоя в седле» на огромной скорости на протяжении почти всей гонки), так и психологически (ты все время один, нет штурмана, на тебе лежат все хитрости навигации и выбора маршрута). Ошибка при пилотировании мотоцикла – это почти всегда падение, а то и более серьезная авария с тяжелыми последствиями для здоровья и, как следствие, невозможностью продолжать гонку. Я очень хорошо знаю, о чем говорю. Многие годы, проведенные за рулем мотоцикла Yamaha, не прошли даром (Петрансель шесть раз выигрывал Дакар на Yamaha. – Прим. ред.). За рулем же автомобиля ошибки не столь критичны: бам-бам, прыг-скок, вверх-вниз, на трех колесах, на двух, но в итоге машина остается на трассе, а ты не получаешь травм и едешь дальше. Именно это стало причиной, по которой я пересел на внедорожник. Однажды я понял, что, если я хочу доезжать до финиша и добиваться высоких результатов без серьезных последствий, нужно бросать мотоцикл. Но оставить Дакар совсем я не смог. Поэтому теперь езжу на Mitsubishi, что гораздо более безопасно, тем более в моем возрасте.Сколько же вам сейчас лет, если уж вы заговорили о возрасте?

27 (смеется). Шучу конечно. На самом деле 43. В эти годы уже невозможно иметь такую же великолепную физическую подготовку, которая нужна для пилотирования мотоцикла. И потом, нужна психологическая помощь, ее-то мы так или иначе оказываем друг другу с моим штурманом Жан-Полем Коттре. В минуты радости есть с кем поделиться своими эмоциями, а в трудных ситуациях, например, когда есть сложности с навигацией, ты уже не остаешься один на один со своим мотоциклом. Рядом есть человек, всегда готовый разделить эти невзгоды. Это очень важно на протяжении двух недель изнурительной гонки.Ощущается ли поддержка болельщиков, когда ты находишься в кокпите автомобиля? Как вам местная публика? Отличается от африканской?

О, это одно из главных отличий южноамериканского Дакара. На протяжении почти всей дистанции, особенно в Аргентине, вдоль трассы стояли болельщики, которые махали флагами, кричали, улюлюкали. Мы ехали в живом коридоре, словно на классическом ралли. Очень приятно видеть столько интересующихся автоспортом и поддерживающих тебя местных жителей. Удивительно гостеприимное, добродушное население, потрясающая атмосфера. Эти люди всегда готовы прийти на помощь. Для них Дакар стал национальным праздником. Было очень приятно. В безлюдной Африке мы такого не наблюдали. Там можно было мчаться часами и не встретить ни одной живой души.Как вы считаете, повторное проведение Дакара в Южной Америке было бы оправдано?

Да, это отличная альтернатива Африке. Тем более вероятность того, что Дакар будет проводиться здесь, по крайней мере ближайшие три года, очень велика.Так как я приехал из России, не могу не спросить о том, что вы думаете о русских раллистах на Дакаре? Что скажете о КамАЗе?

КамАЗ, безусловно, сильнейшая команда в зачете грузовиков. Вот уже много лет они, по сути, вне конкуренции. Разные команды пытаются все это время навязать им борьбу, но чаще всего это сделать не удается. Отличные автомобили и великолепные гонщики. Есть прогресс и в зачете внедорожников. Мало того что постоянно растет количество участников из России, они все чаще не только финишируют, но и показывают неплохие результаты. Особенно отмечу Леонида Новицкого из команды BMW X-Raid.Как вы думаете, кто же выиграет Дакар на внедорожниках в этом году?

Я думаю, Volkswagen не упустит своего лидерства, и, скорее всего, победителем станет или Карлос Сайнц, или Жинель Де Вильерс. Огромное спасибо за интервью, Стефан. Увидимся на очередном Дакаре через год!

И вам спасибо. Увидимся.P.S.: Когда я прощался со Стефаном, никто из нас еще не знал, что в начале февраля компания Mitsubishi откажется от участия в следующем Дакаре. Таким образом, все ее пилоты (Петрансель, Кома, Альфан и Мицуока) останутся без работы. Утешаю себя лишь тем, что я – последний российский журналист, которому удалось лично побеседовать с Петранселем, пока тот был гонщиком заводской команды Mitsubishi! Впрочем, кризис – не вечный, и мы уверены, что все наладится.